Нажаль, українська версія публікації відсутня, пропонуємо варіант на російській мові

Дмитрий Веков: «Не бойтесь произносить вслух слово — «миссия». Оно не всегда означает шизофрению»

21.06.2013 · Інтерв'юДмитрий Веков: «Не бойтесь произносить вслух слово — «миссия». Оно не всегда означает шизофрению»

В канун лета 1996 года на волнах «Просто Ради.О» впервые прозвучали позывные программы «Атмосфера». Со временем передача, каждый четверг взрывавшая полуночный эфир коммерческой станции треками The Smiths, Cocteau Twins и Joy Division, стала известна многим украинским поклонникам «другой» музыки.

Несмотря на более чем очевидную неформатность контента, «Атмосфера» вошла в число редких долгожителей медиапространства. Передача выходит до сих пор, храня верность однажды избранному курсу на альтернативный репертуар.

Семнадцать лет спустя, в честь Дня Рождения «Атмосферы», мне показалось уместным поговорить об истории передачи с Дмитрием Вековым, её бессменным автором и ведущим. Дмитрий — одна из ключевых фигур «административного аппарата» лейбла Cardiowave и группы «Flёur». Но в своём плотном графике он по-прежнему находит время для того, чтобы в четверг, полночь продолжить «атмосферный» рассказ о деятелях неформатной сцены.

О масс-медийном прошлом Дмитрия Векова большинству известно немногое. Лично я помню лишь какие-то отрывки из одесских телевизионных передач о музыке с твоим участием.

Расскажи, пожалуйста, о том, как тебя «затащило» в безумный мир средств массовой информации и кратко опиши основные вехи своей «доатмосферной» карьеры музыкального обозревателя.

«Затащило», действительно, довольно неожиданно. Перефразируя знаменитое: «На его месте должен был быть я», признаюсь: на моём месте должен был быть другой человек. Я рассматривался лишь как информационный спонсор — человек с внушительной по тем временам коллекцией видеоматериалов на тему независимой музыки.

В день, когда моим друзьям предстояла встреча с главным редактором одесского «Седьмого телеканала», — он назывался «Седьмым», хотя, насколько я помню, был единственным — они разругались по какой-то нелепой причине. Один из них — тот, что понастойчивее — пришёл ко мне с предложением сходить на собеседование вместе.

Мы вооружились журналом «Экзотика» с Уорхоловским бананом, прихватили парочку кассет с клипами Coil, Swans и Einsturzende Neubauten... Подробностей разговора с заслуженным редактором одесского телевидения Ириной Леонидовной Падориной уже не помню. Запомнилась только её фраза, произнесённая после просмотра роликов. «Что ж, — сказала она, — я в этом ничего не смыслю. Но, по-моему, это поинтереснее всех этих скачущих негров». Это было начало 94-го, с экранов мелькали бесконечные Dr. Alban, 2 Unlimited и прочие «I like to move it, move it»...

В общем, нам предложили попробовать. Программу назвали «Игра в четыре руки», выходила она, почти как «Утренняя почта», в 11 утра по воскресеньям. Передача просуществовала полгода, потом канал закрыли. Через время мы запустили проект «Индиго» на другом канале.

Летом 1995-го я остался в «Индиго» один. Тогда же мне предложили писать в газете «Глас», которую делал небезызвестный Влад Мицовский. В начале осени 1995-го на радио «Глас» вышла моя программа «Спи спокойно, Одесса». Так, вкратце, выглядит моя «доатмосферная» карьера.

При каких обстоятельствах появилась программа «Атмосфера»?

По сути, «Атмосфера» стала прямым продолжением того, что происходило в «Спи спокойно, Одесса». На «Гласе» не особо понимали, зачем им такая программа. Поэтому я недолго раздумывал, принимая приглашение от «Просто Ради.О». К тому же за последние два года я привык к мысли, что мигрировать с канала на канал вполне нормально.

Чем обусловлен был выбор именно такого названия для передачи?

Название передачи, скорее, связано с содержанием одного из писем в «Спи спокойно...», нежели с одноимённой песней Joy Division. Хотя, конечно, против песни я тоже ничего не имею.

Поклонникам «Атмосферы» известен тот факт, что, помимо Дмитрия Векова, над программой с первых её эфиров ударно трудится звукорежиссёр Сергей Ломановский. Если я не ошибаюсь, это ведь именно ты «втянул» Сергея в мир звукорежиссуры, оторвав его от трудобудней в научно-исследовательском институте?

Ну, «втянул» — громко сказано. Серёжа экспериментировал со звуком задолго до прихода на радио. Стала чуть ли не легендарной история о том, как, кажется, ещё в школьные или студенческие годы он записывал на бобинный магнитофон специально посаженную в бутылку муху, а затем расщеплял её жужжание по каналам. Надеюсь, я ничего не перепутал)

С Серёжей мы познакомились на одесской сходке меломанов. Он, кажется, довольно внимательно следил за происходящим в «Спи спокойно, Одесса». Поэтому, когда стал вопрос о том, кто бы мог работать над «Атмосферой», я предложил кандидатуру Сергея.

С какими техническими и человеческими проблемами чаще всего сталкивались Веков и Ломановский в первые годы существования программы?

Бывало всякое... И CD-проигрыватели «глючили», и компьютер маломощный «вис», и по ночам программу ваяли, и в выходные...

Самое омерзительное, конечно — когда во время творческого процесса в студию врываются рекламные агенты с требованием срочно найти ролик или, ещё чего хуже, записать его. Это очень изматывает. Возможно, не совсем корректно проводить подобную параллель, но при этом возникает ощущение, будто бы во время родов кто-то заталкивает плод назад. Бр-р-р-р!.. Неприятно вспоминать даже, скольких нервов это стоило.

Мне мало что известно о концертных вечерах «Атмосферы», кроме того, что из них впоследствии вырос лейбл Cardiowave, а также ряд наиболее интересных его музыкальных коллективов. Не углубляясь в «новейшую Кардиоисторию», расскажи, пожалуйста, о том, как появились, как проходили эти концертные мероприятия.

Ныне покойный Вова Коротков, актёр одесского театра «Tour De Force», обратился ко мне, кажется, в конце 1998 года по поводу использования фрагмента «Атмосферы» в одном из своих спектаклей.

При дальнейшем общении часто обсуждался некий закрытый вечер для слушателей программы. Он и состоялся в конце февраля 1999 г. Второй — через год в марте 2000. Там и стартовали «Flёur». Но это, как говорится, совсем другая история...

Редким телевизионным и радиопередачам украинского производства удаётся продержаться в эфире более двух лет. «Атмосфера» держится на плаву с 1996 года.

В чём секрет столь долгой жизни, позавидовать которой могут многие откровенно коммерческие медиа-проекты?

Э-м-м-м, мне всё-таки больше нравится думать, что «Атмосфера» не держится на плаву, а парит где-то там, высоко))

Секрет, говоришь? Сам недоумеваю. Но хотел бы уточнить, что именно тебя удивляет: терпение руководства коммерческой радиостанции — или моё упрямство? Если честно, секрета я не знаю. Ну, правда!

Можно, конечно, произнести банальные слова о любви к музыке, к слушателю, о чувстве ответственности и целеустремлённости... Кто его знает: может, это и не так банально всё. Есть, наверное, в этом долголетии некоторая патология — 17 лет на одном месте!

С другой стороны, ты ведь в курсе, что не всё так однообразно, как кажется. Есть «Атмосфера», есть «Flёur», есть лейбл. Что-то постоянно происходит.

В чём ты видишь почётную миссию «Атмосферы» во времена, когда бесплатный скоростной интернет и терабайты музыки доступны каждому зеваке, прохлаждающемуся с планшетом в руках неподалёку от точки Wi-Fi-доступа?

Знаешь, я об этом не задумываюсь.

Если бы я, допустим, сделал перерыв лет на десять в нулевых и вернулся с «Атмосферой» только недавно, то, наверное, почувствовал бы, как всё изменилось по сравнению с девяностыми. И то, что сейчас никого ничем не удивишь, и то, что сейчас так много музыки вокруг... В конце концов, я и сам, как это ни странно, пользуюсь этим самым «скоростным» и храню «терабайты».

К тому же, нельзя списывать со счетов тот факт, что, как человеку, работающему с живыми музыкантами, мне всегда есть, что поставить и в качестве эксклюзива — до того, как оно попадёт в сеть. Хотя на этом я не зацикливаюсь.

Вот такая она — моя «почётная миссия»... Кстати, недавно довелось общаться с одним известным одесским врачом-психотерапевтом. Долго на пальцах я пытался объяснить ему суть моей деятельности: зачем это всё мне и т.д.

Он слушал, слушал — и внезапно заметил: «Вы не бойтесь произносить вслух это слово — «миссия». Оно не всегда означает шизофрению».

До-о-о-олго я смеялся! Но всё-таки так его и не произнёс...

Полный «конспект» беседы с гуру одесского музыкального «неформата», содержащий горькую правду о финансовой стороне быта некоммерческих радиопрограмм, читайте 24 июня на сайте группы «Тим Талер».

Текст интервью и фотография: Антон Бессонов

© Рок.Київ
РЕКОМЕНДАЦІЇ
ГДЕ?: «Це як радіосигнали, що відправляються з Землі в далекий космос»
ІНТЕРВ'Ю
ГДЕ?: «Це як радіосигнали, що відправляються з Землі в далекий космос»
17.07.2018

Повернувшись з творчої відпустки в 2014 році «ГДЕ?» Знову бере паузу. Музикантам необхідно осмислити накопичений творчий досвід, визначитися з подальшими пріоритетами і, можливо, реорганізуватися

Gibson оголосив себе банкрутом
НОВИНИ
Gibson оголосив себе банкрутом
13.05.2018

Американська компанія Gibson, заснована у 1984 році, постачає щорічно 170,000 гітар у 80 країн світу. Цього року корпорація опинилася на межі банкрутства з півмільярдним боргом